МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ 
СОЮЗОВ СВОБОДНЫХ ПРОФСОЮЗОВ
 

Защита профсоюзного лидера

Поиск по сайту


В Верховный Суд РТ из Оренбурга

           В Президиум Верховного суда РТ

От защитника осужденного по ч. 1 ст. 318 УК РФ и ст. 319 УК РФ Ромадановского Сергея Юрьевича  - Корчика Владимира Николаевича, проживающего по адресу: 460006, г. Оренбург, 

 

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА

На приговор Кировского районного суда г. Казани от 20 декабря 2013 г. и апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным дела Верховного Суда Республики Татарстан от 25 марта 2014 г.

Приговором Кировского районного суда г. Казани от 20 декабря 2013 г. Ромадановский С.Ю. был признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 318 УК РФ (преступление с потерпевшим Марминовым В.А.), ч. 1 ст. 318 УК РФ (преступление с потерпевшим Карасёвым Ю.А.), ст. 319 УК РФ в отношении потерпевшего Карасёва Ю.А. и назначено наказание за каждое преступление по ч. 1 ст. 318 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 (два) года и по ст. 319 УК РФ в виде исправительных работ на срок 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания по основному месту работы с удержанием из заработка 15 % в доход Государства.

 

 

           На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, с учётом положений пункта «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года.

            В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание считать условным, установив Ромадановскому С.Ю. испытательный срок 2 (два) года.

            Апелляционным постановление Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда республики Татарстан от 25 марта 2014 г. апелляционная жалоба С.Ю. Ромадановского оставлена без удовлетворения, а обжалуемый приговор был изменён в соответствии с которыми действия Ромадановского С.Ю. в отношении потерпевших Карасёва Ю.А. и Марминова В.А. квалифицированы по ч. 1 ст. 318 УК РФ, как одно преступление, по которому назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года». На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, с учётом положения п. «в» ч. 1 ст. 71 УК РФ, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц. В соответствии со ст. 73 Ук РФ назначенное наказание в виде лишения свободы считать условным с установлением испытательного срока 1 год 6 месяцев.

             С указанными судебными постановлениями не согласны по причине несоответствия выводов суд изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции (ст. 38915 УПК РФ), что свидетельствует о существенном нарушении уголовного и уголовно – процессуального закона, которые повлияли на исход дела (ст. 401  15 УПК РФ).

             По факту укуса Марминова В.А., суд основывался на заключении эксперта № 37299/3377 от 13.06.2013 г. (т. 3 л/д 29-30), которая установила, что «Данные объективного осмотра от 07 июня 2013 г. 09:09 час: на передней поверхности в нижней трети правого предплечья три ссадины:…». При этом, в этой же экспертизе имеются:

1.     Схема - наименование областей тела человека (вид спереди) (т.3 д 29-30), на которой отсутствует обозначение на передней поверхности в нижней трети правого предплечья какой - либо травмы, что указывает об отсутствии травмы на передней поверхности в нижней трети правого предплечья.

2.     Схема - наименование областей тела человека (вид сзади) (т.3 д 29-30), на которой проставлен знак – «крестик», обозначающий травму на внутренней (задней) поверхности правого предплечья;

                   Таким образом, заключение эксперта содержит противоречивые сведения об инкриминируемой Ромадановскому С.Ю. травме В.А. Марминова, а именно: описательная часть заключения эксперта содержит указание на наличие травмы именно и только на передней поверхности в нижней трети правого предплечья в виде трёх ссадин (которая не  отражена на Схеме вида спереди), а Схема вида сзади содержит указание на наличие травмы внутренней (задней) поверхности правого предплечья, но на эту травму не содержится указания в описательной части заключения эксперта. Данное обстоятельство делает не возможным установить достоверно объективную реальность, так как по одному и тому же вопросу о травме Марминова В.А, заключение содержит  противоречивую информацию. Ввиду данной противоречивости заключения эксперта по травме Марминова В.А. не подлежало применению в качестве доказательства виновности Ромадановского С.Ю., так как не имеет юридической силы (ст. 75 УПК РФ), как следствие заключение эксперта не доказывает событие преступления (ст. 73 УПК РФ).

              Другие прямые доказательства причинения С.Ю. Ромадановским травмы потерпевшему Марминову В.А. в материалах дела отсутствуют. Свидетельские показания прямо не подтверждают факт укуса. Все свидетели, допрошенные в суде, ссылаются только на то, что об укусе им сообщили другие Приставы, за исключением свидетеля Султанова И.И. сообщившего, что об укусе ему сообщил Марминов В.А. (причём судом не устанавливались обстоятельства этого сообщения – где, когда, в связи с чем и как получено сообщение), что соответственно указывает на то, что отсутствуют прямые свидетели факта укуса Марминова В.А. Ромадановским С.Ю. и все сведения об укусе основаны на предположениях!           

                 Кроме того, в материалах дела с тех событий имеются видеозаписи и раскадровка, которым не была дана должная оценка и которые (видеоматериалы и раскадровка) при этом не подтверждают факт укуса Марминова В.А. Ромадановским С.Ю.

                 При этом, потерпевший Марминов В.А. в ходе судебного заседания прямо подтвердил, что перед исполнительными действиями 31 мая 2013 г. у него была рана на правой руке, но она причинена не Ромадановским С.Ю. (т.4  л/д  202-206), что так же подтверждается имеющимися в материалах дела фотографиями раскадровки видеоматериалов.

               Согласно показаниям эксперта Сошникова И.А. (т. 4 л/д 249-251), им описаны все видимые травмы из чего следует, что на правой руке Марминова В.А. на момент проведения заключения имелась только одна травма, которая была получена Марминоваым В.А. до 31 мая 2013 года и которая не имеет  отношения к Ромадановскому С.Ю.

               Таким образом, Приговор в этой части построен на доказательствах явно противоречащих друг другу, в связи с чем, не возможно сделать однозначный вывод о наличии у Марминова В.А. травмы с локализацией на задней (внутренней) поверхности правого предплечья, причинённой ему Ромадановским С.Ю., о чём утверждал сам потерпевший, при том, что описательная часть заключения эксперта указывает на наличие травмы на передней поверхности в нижней трети правого предплечья, имевшаяся у Потерпевшего до начала исполнительных действий и при факте показаний эксперта И.А. Сошникова о наличии у Марминова В.А. только одной травмы на правой руке.

                 По эпизоду с Карасёвым Ю.А., приговор так же построен на противоречивых доказательствах, не устранённых в ходе судебного процесса. Сам приговор основывается на показаниях свидетеля Беловой Д.Н., данных ею в досудебных следственных действиях. При этом, в Приговоре закреплено, что Белова видела, как Карасёву помог подняться с земли другой пристав и что потерпевший ему сообщил, что его толкнул Мухаметшин Р.Р., от чего он упал на асфальт, а Ромадановский С.Ю. схватив за бронежилет протащил его по асфальту. Но при этом, согласно судебного протокола допроса свидетеля Беловой, она на вопрос Ромадановского С.Ю. сообщила, что она не видела кого – либо из судебных приставов лежащим на земле. Данные показания в судебном процессе свидетель Белова дала под подписку о не допущении лжесвидетельствования в присутствии суда и его участников, что указывает на достоверность показаний, которые находятся в прямом противоречии с показаниями, данными ею во время досудебного следствия.

             Более того, отражённые в Приговоре показания Свидетеля Беловой устанавливают только лишь то, что Карасёв лежал на земле и его поднял другой пристав. Но данные показания не устанавливают того, что Ромадановский С.Ю. протащил Карасёва за бронежилет (Белова сама не видела, а предположила это после сообщения Потерпевшего другому приставу об этом), что повлекло травму Карасёву. И тем более не устанавливают того, что у Ромадановского С.Ю. имелся прямой умысел на причинение вреда здоровью Карасёву. Не подтверждаются эти факты и видеоматериалами с их раскадровкой, которым суд так же не дал должной оценки.

           Остальные свидетели в лице Приставов, дали показания суду только лишь в том, что они узнали о том, что Ромадановский С.Ю. протащил Карасёва по асфальту за бронежилет, либо от других приставов, либо от самого Карасёва. Из чего имеется вывод о том, что никто из них лично не видел данного факта, в связи с чем, они его подтвердить не могут. При этом часть свидетелей подтвердила лишь то, что они лично видели как упал Карасёв, но данные показания так же не устанавливают того, что Ромадановский С.Ю. протащил Карасёва за бронежилет, в следствие чего, Карасёвым получена травма. И тем более не устанавливают того, что у Ромадановского С.Ю. имелся прямой умысел на причинение вреда здоровью Карасёву.

                 В части Приговора в отношении Оскорбления потерпевшего Карасёва, приговор не содержит каких – либо, а тем более прямых, доказательств того, что Ромадановский С.Ю. высказывал какие – либо оскорбления в адрес Карасёва в прямом смысле, трактуемом оскорбление законом,- как выражения в не приличной форме, унижающие честь и достоинство лица, кому они адресованы. Все свидетели, как закреплено в приговоре суда, утверждали, что Ромадановский С.Ю. высказывал оскорбления и выражался нецензурной бранью в адрес судебных приставов, а не в адрес конкретного лица – Карасёва. Данное обстоятельство подтверждается выводами самого же Приговора, в соответствии с которыми суд переквалифицировал обвинение ст. 296 УК РФ на ст. 318 УК РФ. А именно, в приговоре суд указал, что многочисленные свидетели и очевидцы показали, что угрозы Ромадановского С.Ю. носили общий характер и конкретной направленности не имели, в связи с чем, высказывание Ромадановским С.Ю. угроз в адрес неопределённого круга лиц, а именно всех судебных приставов, не образует состава преступления. В связи с переквалификацией по инкриминируемому Ромадановскому С.Ю. эпизоду, исследованному в Суде, и в соответствии с материалами дела, имеет место вывод о том, что многочисленные свидетели и очевидцы показали, на что выражения Ромадановского С.Ю. носили общий характер и конкретной направленности не имели, в связи с чем, эти высказывания Ромадановского С.Ю. были в адрес неопределённого круга лиц, а именно всех судебных приставов, то – есть они не образуют состава преступления по 319 УК РФ, так как небыли прямо направлены на Карасёва. Тем более, что все высказывания не имели оскорбительного характера в трактуемой законом форме и обратного в судебном процессе и материалами дела не доказано.

           В соответствии с изложенным Приговор Кировского районного суда г. Казани от 20 декабря 2013 г. и апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 25 марта 2014 г. являются незаконными и не обоснованными.

          На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 4012, 40114 – 40116 УК РФ

ПРОШУ:

Приговор Кировского районного суда г. Казани от 20 декабря 2013 г. и апелляционное постановление Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Татарстан от 25 марта 2014 г. отменить и производство по данному делу прекратить.

 

Защитник по определению суда: _______________ /В.Н. Корчик/

___.04.2014 г.

 

 


Опубликовано: 28.04.2014г. (10:02:20)

Гимн нашей страны